Я верю в вещие сны...

Наталья Бехтерева / Russia.com, 2002-01-19, Андрей Ванденко
Архивные интервью / опубликовано 18.04.2010



Наталья Бехтерева
Известный ученый утверждает, что гением надо родиться. Также она рассказала о клинической смерти, пользе интеллектуальной нагрузки и чем отличается умный от глупого.
- Можно пожаловаться, Наталья Петровна?

- Пожаловаться?

- Ну да. Как врачу. Головная боль замучила.

- Чаще всего подобное случается из-за плохого кровоснабжения мозга.

- А знакомые говорят: думаю не о том. Может, правда?

- От мыслей голова не болит и от работы не устает. Глаза, мышцы шеи, плеч или спины утомиться могут, но не мозг. Покой ему не требуется.

- Еще я, Наталья Петровна, снов не помню. Обидно, знаете ли. Другие смотрят по ночам бесплатное кино с собой в главной роли, а я нет.

- Может, это счастье: сны на вас меньше влияют.

- А по какому, интересно, ведомству проходят вещие сны?

- Это такая штука... не воспроизводимая. Их нельзя по желанию заказать, хотя однажды я повторно вызвала очень яркий сон, в котором не до конца разобралась. Но это скорее исключение. Вещий сон возможен, хотя и не вероятен. Можно найти иголку в стоге сена? В принципе да, но не факт.

- Значит, совпадение, что сны иногда сбываются?

- Нет, обычно вещий сон подготовлен многими факторами, тем, что человек не выводит в сознание, но что в нем живет.

- Но как можно увидеть будущее, которого еще нет?

- У меня было шесть или семь вещих снов. Однажды приснился почтальон, принесший телеграмму о смерти мамы. Сон изобиловал деталями, был так правдоподобен, что, проснувшись, я пересказала все мужу. Он ответил: «И ты, ученая, в это веришь?» Действительно, накануне я получила письмо от мамы, очень хорошее, спокойное. И никуда не поехала. А через 10 дней пришел почтальон... Позже много раз прокручивала ситуацию, думала: откуда возник сон, оказавшийся явью и повторившийся в мельчайших подробностях? Видимо, что-то позволило мозгу самостоятельно выстроить ситуацию, сложить вместе различные детали.

- А с отцом как получилось? Вы ведь предвидели его арест.

- И этот сон был подготовлен. Наверное, представляете, что творилось в Ленинграде в 1937 году? Аресты, аресты, аресты... Папа долго не верил, что его тронут, но однажды сказал: «За мной ходит какой-то человек с голубыми глазами. Я его уже несколько раз встретил». Для ребенка этих фактов было достаточно, чтобы задуматься о возможной беде. Мне приснилось: папа стоит в конце коридора, у него под ногами поднимается пол, и оттуда выбивается нестерпимо яркое пламя. Потом папа падает...

- Вас эти сны пугали?

- Это не страх, тут другое... Каждый такой случай сопровождался жутким эмоциональным состоянием. Я давно не плачу, переживаю иначе, но, когда приснилась смерть мамы, рыдала, причем насильственно.

- Это как?

- Не могла не плакать. Не то чтобы распустилась и дала себе волю - ничего подобного. Мне было не сдержаться! Обычно просыпаюсь в хорошем настроении, и надо постараться, чтобы мне его испортить, а тут испытывала необъяснимое состояние горя. Эти сны были такие яркие, такие красочные...

- Мистика?

- Для меня вещий сон сродни научному открытию. Человека вдруг озаряет! Да, вдруг, но есть первопричина. Процесс идет, внутри что-то варится, а потом вырывается наружу. Например, Менделееву его Периодическая таблица приснилась. Вещий сон? Вероятно. Но ведь таблицу увидел человек, который занимался химией, шел к открытию, думал о нем. Таких случаев масса! У меня есть друг в Америке, он вообще считает: самые хорошие мысли приходят ниоткуда.

- Ну да, вы же убеждены: человек помнит все, хотя иногда кое-что и забывает.

- Нет, мы ничего не забываем. Память - сложный процесс, включающий в себя несколько стадий. Порой в мозгу выходит из строя механизм считывания информации, он очень хилый, легкоранимый.

- С вами такие сбои случаются?

- Забываю ли я? Память у меня сегодня похуже, чем была в 25 лет, но лучше, чем у многих двадцатипятилетних. До сих пор помню сотни телефонных номеров, исторических дат...

- Голова не мусорное ведро, зачем ее засорять, Наталья Петровна?

- А зачем раньше учили мертвые языки? Это эмпирика, тренировка. Мозг надо загружать, нельзя позволять ему лениться. Очень полезна не только интеллектуальная нагрузка, но и двигательная активность. Надо побольше ходить, бегать. Не менее 20 - 30 минут ежедневно.

- Значит, если с детства зубрить латынь и много двигаться, на старости лет не придется кругами бродить по квартире в поисках вещи, которую засунул неведомо куда?

- Бывает, и я сразу не нахожу чего-то, но мне не составляет труда «отмотать» назад и восстановить логическую цепочку. Повторяю, забыть «насовсем» ничего нельзя!

- Но иногда ведь это бывает полезно?

- Да, порой хочется забыть, и тогда срабатывает защитный принцип саморегуляции. Мозг что-то затормаживает в памяти, идет подавление негативной информации, но это не значит, что мы забываем.

- А существуют критерии, позволяющие говорить, кто умный, а кто глупый?

- Единого правила нет, они разные, скажем, для профессии и повседневной жизни, хотя формально все можно обозначить одними словами. Умный тот, кто принимает максимальное количество правильных решений при минимуме ошибок. Но тут важно сделать поправку: например, знаю случаи, когда прекрасные шахматисты, просчитывающие многосложные комбинации на доске, в жизни оказывались почти дебилами.

- Насколько объективен IQ, коэффициент интеллекта по-американски?

- В среднем это отражает возможности человека, но результаты тестов всегда относительны. Один легко справляется с заданиями, а у другого не столь быстрый ум, что не исключает правильности его решений и яркой одаренности в какой-то области. Существует предрасположенность к тому или иному роду занятий.

- Как полагаете, Наталья Петровна, человечество умнеет по мере «взросления»?

- То, что мы приобретаем в течение жизни, условно-рефлекторная деятельность, не наследуется. Так считается по классическим работам Павлова и других физиологов.

- То есть каждому новому поколению приходится начинать с нуля?

- Человечество накапливает опыт в виде разнообразных знаний, открытий, но практические, житейские навыки мы обретаем самостоятельно. Все. Даже гении.

- А правда, что гении обязательно должны быть малость того, не от мира сего?

- Нет, есть среди них и вполне адекватные. Тут работает другое правило: гением нельзя стать, им надо родиться. Для этого нужна особая функциональная организация мысли, идеальная биохимия.

- Вашего деда Владимира Михайловича Бехтерева называли гением.

- И называют... Кстати, это его портрет.

- Он всегда висел в кабинете?
 

- Нет, я повесила фото, когда стала академиком. До этого было как-то неловко. Получилось бы, будто я намекаю на родство с великим ученым.
 

- Не любите играть в поддавки?

 

- А зачем? Это не мой стиль.

- И ни на минуту не забываете, что человеческие эмоции - лишь химическая реакция, происходящая в мозгу?

- Ну уж нет! Когда сама переживаю сильные чувства, мне в голову не приходит думать о каких-то реакциях. Или я, по-вашему, не человек?

- Все равно ощущение, что окружающие для вас, Наталья Петровна, словно прозрачные, что вы видите их насквозь.

- Я не ясновидящая, хотя, например, много чего понимаю в моей внучке, которой 23 года. Прелестное создание! И с сыном отношения у меня прозрачные. Это самый дорогой мой человек. Никого ближе нет. Даже настроение портится, если долго его не вижу. Нам вместе так интересно! И дело не в том, что мы работаем в одной области. Недавно Святослав привез из Англии восемь видеокассет «Саги о Форсайтах». Фильм обсуждали «полуфразами»: достаточно было перекинуться двумя-тремя словами, чтобы понять друг друга.
Сверхъестественное - то, чему еще нет объяснения

- Может, поэтому и открыли свое Зазеркалье, некий иллюзорный мир, где физические кондиции не так уж важны?

- Не торопилась бы называть этот мир иллюзорным. Вопрос намного сложнее, чем кажется. У меня на столе лежит недочитанная автобиография индийского йога. Он описывает поразительные вещи, рассказывает, например, о двух женщинах - европейке и индианке, которые десятки лет жили без пищи. Ничего не ели! Это не фантазии автора, а документально подтвержденные факты, не поддающиеся логическому пониманию. В книге приведены случаи материализации, дематериализации, выхода из тела. Прочитаешь такое и...

- ...в сверхъестественное поверишь?

- Дело не в вере. Скажем, феномен клинической смерти, выход человека из телесной оболочки, взгляд на себя со стороны, доказаны наукой. Но ведь за клинической смертью наступает биологическая. Что происходит тогда? Задавала себе вопрос: согласна ли я уйти совсем, чтобы от меня ничего не осталось? Согласна. Хотя, не скрою, интереснее, если бы ТАМ что-то оказалось. Я верю тому, что написано в житиях святых, что рассказывает мне отец Геннадий, настоятель Софийского собора в Пушкине...

- Как вы к этому пришли, Наталья Петровна?

- Я пережила напасть... В 1990 году против меня шла кампания жуткой травли. Жуткой! Публикации в прессе, митинги у стен института, лозунги, плакаты... Не думала, что вынесу подобное. И вот, когда все, казалось, миновало, неожиданно случились две смерти - мужа и приемного сына. В одни сутки. Это был тяжелейший удар... Через пару недель после этого со мной стало твориться странное. Начались видения. Внешне я продолжала вести нормальную жизнь, но внутреннее потрясение оказалось так сильно, что я даже заподозрила у себя психическое заболевание. Консультировалась со специалистами, пробовала разные средства. Ничего не помогало! Когда-то у меня уже был фобический невроз, невроз ужаса...

- Что это?

- Однажды я летела из Москвы в Будапешт в самолете, который должен был разбиться. Добрались чудом, садились на крыло или, как говорят летчики, на плоскость... Домой я возвращалась уже поездом. Поездом, который ночью загорелся... Вспыхнул соседний вагон, люди из него выпрыгивали в нижнем белье... Словом, увиденное произвело «некоторое» впечатление. Вид самолета, вагона метро или поезда, даже включенный в парикмахерской фен вызывали ужас. Не страх, а именно ужас. Это не передать словами! Но я сама себя вылечила, потом и другим помогала избавиться от подобного невроза. Однако то, что случилось со мной в 1990-м, было совсем иным. Я пришла к выводу, что это не болезнь, не патология, а вариант измененного состояния сознания. И вот тогда мне порекомендовали поговорить с отцом Геннадием, с которым мы теперь в хороших отношениях. Я все ему рассказала, он понял и спросил: «Вы в самом деле хотите расстаться с видениями? Очень многие живут с этим». Я сказала: «Хочу». Тогда он вернул меня в нормальное состояние. Вот и вся история. Теперь у меня есть вера, но нет признания правильным абсолютно всего, что делается от имени Господа. Даже Папа Римский покаялся за грехи инквизиции и правильно сделал...

Вот вы напечатаете это, и будет грустно. Мое личное дело, верить или нет. Не хочу никого соблазнять верой или настраивать против






Реклама

Опрос

В каких изданиях вы предпочитаете читать интервью?

— деловых — бульварных — общественно-политических — специализированных


Выберите свой ответ, просто кликнув по подходящему варианту.
Всего ответов: 17546

Подробнее