Войти      Зарегистрироваться

Дед не смешивал работу и семью

Андрей Брежнев / Daily Talking, 2004-11-10, Андрей Морозов
Политика / опубликовано 12.02.2010 / Комментарии (3)



Андрей Брежнев
Внук Генерального секретаря ЦК КПСС Л.И. Брежнева.
– Андрей Юрьевич, сколько вам было лет, когда вы вступили в КПСС?
 
– Девятнадцать. Тогда партия была настоящая, и все процедуры вступления я проходили по-честному. Заявление принимали, конечно, формально, но вступление – знание устава программы партии – было очень серьёзным.
 
– А когда партию запретили, переживали?
 
– Я больше переживал за коммунистов. Всё равно, несмотря на запрет, они остались, неважно, какие по возрасту – старые или нет. Они остались со своими убеждениями.
 
– Официально в партии было 19 миллионов человек, но никто после указа о запрете КПСС не вышел на улицу, не бросился защищать райкомы и обкомы?
 
– Не секрет, многие вступали в партию ради карьеры, ради других корыстных целей. То, что произошло, после запрета показало, что настоящих коммунистов было пять-шесть миллионов. Остальные все куда-то исчезли. Один человек решил, что партии больше не будет, и все согласились. Вы же сами знаете, как у нас привыкли подчиняться.
 
– Спустя восемь лет вы решили создать новую коммунистическую партию. Это была ваша идея?
 
– Нет, не только моя. Один я ничего не сделал бы. Тогда было много людей, не согласных с политикой Зюганова. Если не ошибаюсь, в то время было не менее пятнадцати коммунистических партий и движений только зарегистрированных, и невероятное количество незарегистрированных. Но мысли оторвать часть электората КПРФ не было. В ней были и есть люди, преданные идее коммунизма. К тому же, основная часть КПРФ – люди предпенсионного или уже пенсионного возраста. Как их можно переубедить? Мы хотели принести что-то новое в коммунистическое движение не выходя из рамок коммунистической идеологии.
 
– В вашей партии были и другие лидеры, или вы рассчитывали, что ваше имя сработает как раскрученный бренд?
 
– Конечно, были и другие люди. Что я мог сделать один? Бренд брендом, но нужны были ещё и новые идеи.
 
– В чём причина, что партия оказалась нежизнеспособной?
 
– Если откровенно, то было мало сил, да и денег тоже, что немаловажно. Численный состав был всего полторы-две тысячи человек. Суть же любой партии, чтобы пропагандировать свои идеи, когда у неё нет такой возможности, то она волей-неволей умирает.
 
Тем более, посмотрите, что происходит сегодня с партиями. Госдума принимает решения об увеличении численности партий с десяти тысяч человек до пятидесяти, и чтобы в каждом субъекте федерации было не меньше стольки-то человек. Но я не понимаю, почему в Москве не может быть сто человек, а в Хабаровске не может быть пять?
 
Но я бы не сказал, что наша идея провалилась. В нынешнем году я в силу своих убеждений и в связи с расколом партии вступил в КПРФ. Я хочу поддержать партию и преодолеть её раскол.
 
– Я не намекаю на коммунистическую фракцию в думе, но не секрет, что большинство хотят стать депутатами ради неприкосновенности, ради опять-таки корыстных целей. На некоторых сайтах можно прочитать, что один только депутатский запрос стоит три тысячи долларов.
 
– … А в генеральную прокуратуру ещё дороже. То, что вы сказали, действительно, не секрет. Многие депутаты занимаются и другими видами деятельности, и не скрывают этого.
 
В отношении Зюганова и его фракции я очень сомневаюсь, что они на это способны. Фракция коммунистов в думе малочисленная, они мало что решают, все комитеты подчиняются «Единой России». Но коммунисты действуют больше из идейных побуждений.
 
– Как вы думаете, Леонид Ильич был настоящим коммунистом?
 
– Он был коммунистом до конца своих дней. У меня есть его неопубликованная книга. Так вот, её название придумал сам дед, она называется «Коммунист». Я бы даже назвал её политическим завещанием.
 
– Насколько его образы в современных фильмах соответствуют оригиналу?
 
– Все образы деда, которые создаются в нашем кино – например, в «Серых волках» или «Красной площади» по Тополю – не соответствуют действительности. Тополь и сам где-то говорил, что он всё придумал. При этом всё, что пишется про деда, выдаётся за историческую правду. Мы со Сталиным до сих пор не разобрались, а тут… Я вообще не понимаю, как люди со стороны могут знать деда лучше, чем, например, я. Есть даже такие, кто, прочитав Роя Медведева или Бурлацкого, считают, что они всё знают про Леонида Ильича.
 
– А к вам кто-нибудь обращался за консультациями?
 
– Интересно, что за всё это время никто никогда не обращался ко мне за консультациями или советами. В одной телепередаче Роя Медведева спросили: «Откуда у вас такая информация про Брежнева, ведь страна была закрытая?» А он ответил, что знает пару-тройку слухов или фактов, и пять анекдотов.
 
Бовин одно время писал, что Леонид Ильич был трудолюбив, потом стал писать, что он не был трудолюбив. Но он, действительно, очень хорошо знал деда, у меня до сих пор есть много фотографий, где они вместе.
 
Или вот ещё придумали, что Галина Леонидовна торговала джинсами и дубленками. Если бы сказали бриллиантами, в это ещё можно поверить. Чего ей не хватало, у неё же все было!
 
– Много небылиц рассказывают про Леонида Ильича?
 
– Много. Малахов в своей программе сказал, что Брежнев любил гулять во дворе с котом на поводке. Но это же бред! Да, он очень любил природу, охоту и рыбалку, он постоянно читал журнал «Вокруг света», «Охота и рыболовство». Но при всём при этом он ненавидел собак и кошек. Но все верят в то, что говорят Малахов и другие.
 
– Какие у вас с ним были отношения?
 
– У нас с дедом были просто семейные, родственные отношения. Он не смешивал работу с семьёй. Дома ни он, ни мы никогда не обсуждали его работу. Это было табу. Наша семья в основном жила в Москве, потому что отец работал, я учился. На выходные мы приезжали на дачу, где жил дед.
 
В зарубежные поездки он никогда никого из семьи не брал. Если по этикету ему полагалось быть с супругой, то Виктория Петровна ехала с ним. На моей памяти только один или два раза с ним ездила моя тётка Галина Леонидовна, и у неё была своя программа.
 
Мне посчастливилось родиться в Семье. Где-то лет в 15 я стал более осознанно понимать, что дед не просто дед, но ещё и руководитель страны. Это всегда довлело надо мной. Родители и тётка всегда говорили мне, что я должен хорошо учиться, аккуратно одеваться, потому что все обращали на меня внимание как на члена Семьи. У меня был какой-то дискомфорт от этого. Но потом привык. Я никогда не обращался к деду за помощью – фамилия играла роль. Да я особенно ничем и не пользовался – учился в обычной школе, потом поступил в МГИМО, если честно, то поступил наполовину по знаниям, наполовину по фамилии. Отец купил мне «Жигули», иномарку я тоже не мог себе позволить, потому что все обращали на меня внимание. Просить квартиру? Зачем? Я тогда ещё не был женат. Когда брат женился, то через бабку он попросил помочь с квартирой, и дед помог ему.
 
Мы жили в другое время, и ценности были другие. Вы будете смеяться, но я был невыездным из-за того, что был членом Семьи.
 
– Зато потом, наверное, много поездили по миру?
 
– Да, я был и в Америке, и в Африке, даже в Ливии.
 
– Сравнили – как жили мы, и как они?
 
– Сравнил. Но сказать, что там люди живут лучше, не могу. Например, нам говорили, что в Швеции и Норвегии социализм.
 
Я так не считаю. Там нормальный капитализм. Гитлер тоже был социалистом, но разве можно сравнивать его социализм с тем, который строили у нас?
 
– Но всё равно, отличие заметно хотя бы по развитию экономики в СССР и на Западе.
 
– Теоретически экономика должна быть независима от политики.
 
– Как так? Ведь ещё Ленин писал: «Политика – это сконцентрированная экономика».
 
– Правильно. Когда в СССР была сильная экономика, тогда у него была сильная политика, пусть коммунистическая, но была. Но политика была выражением экономики, а не наоборот.
 
Нашей бедой было то, что экономика росла из социализма, коммунизма. Самой экономике должно быть всё равно, какая власть на дворе и кто у власти – кафе должно кормить, парикмахер стричь, аптеки продавать лекарства. Создаются новые рабочие места, приносят доход работающим, в бюджет и социальные фонды перечисляются налоги.
 
То, что в СССР строили социализм, было в принципе не очень плохо. Сталин сделал большой прорыв в экономике. На самом деле, он и построил всю её. Парадокс системы, но именно Сталин построил МГУ, и за это ему все благодарны.
 
Посмотрите, что происходит сегодня: идёт делёж того, что было создано за 70 лет советской власти. А что нового построили за это время? Есть новый Тольятти? Или есть новый Камаз? Запустили Бурейскую ГЭС? Ну так её планировали запустить ещё во времена СССР.
 
Да, может быть, за десять лет мало что можно сделать. Но какие тенденции? Строятся новые молочные заводы, где работают от силы 60 человек. А на Камазе или ВАЗе работало по 200 тысяч.
 
Я не хочу сказать, что всё в те времена было хорошо, но если сравнивать, то социалистическая ориентация более прогрессивна, чем нынешняя. Весь мир к ней идёт. Другое дело, что мы хотели ускорить ход событий. Но объективно мир движется в сторону социализма. Ещё никто не оспорил Маркса и Энгельса.
 
– А что за история, когда вас выгнали с работы в МИДе?
 
– Никто меня не выгонял, я сам ушёл. В 1986 году деду исполнилось бы 80 лет, и в «Правде» вышла статья о нём – наполовину хорошая, наполовину плохая. А потом, кажется, в «Неделе» вышла статья Додолева о том, как я отдыхал в Крыму, якобы я там катался на «Мерседесе», кидался в милиционеров селёдкой, чудил, одним словом. Самое удивительное, что этот самый Додолев жил в том же самом санатории, где и я. Он обедал со мной и моими друзьями за одним столом. Потом мои друзья ещё звонили мне и спрашивали, откуда он всё это взял?
 
После этой статьи меня вызвал секретарь парткома, долго мялся при разговоре и что-то недоговаривал. Я его открыто спросил: «Вы хотите, чтобы я уволился?.. Я сам напишу заявление».
 
И написал.
 
– В МИД вы попали сразу после МГИМО?
 
– Нет, сначала я работал в министерстве внешней торговли. Там работал и мой отец заместителем министра. Когда при Андропове началась кампания по борьбе с семейственностью, мать попросила меня перейти в другое ведомство.
 
– После смерти Леонида Ильича начались попытки бороться с его «культом личности» со стороны Андропова. В перестройку и Горбачёв сваливал на него все ошибки. А кто больше всего в этом преуспел?
 
– Горбачёв. По словам людей, которых я не буду называть, Горбачёв ненавидел Брежнева лютой ненавистью за то, что тот был против его включения в политбюро.
 
При Горбачёве уволили с работы моего отца. При нём меня вынудили уйти из МИДа. При нём начались все эти грязные статьи про деда в прессе. По его указанию бабку выселили с дачи. Хотя ещё Андропов говорил ей: «Виктория Петровна, как вы жили тут, так и будете жить». А когда ей было уже 80 лет, Горбачёв лишил её всего обслуживающего персонала, потом и от гаража отлучил. Нам самим приходилось возить её в больницу. Я считаю, что Горбачёв убил мою бабку.
 
– Много писали, что Хасбулатов купил квартиру Брежнева.
 
– Это не совсем его квартира. Кажется, в году 1979 на улице Щусева был построен новый дом для ответственных работников. Леониду Ильичу хотели угодить и для него сделали отдельную восьмикомнатную квартиру, в ней были и потолки повыше, и отдельный лифт, и камин. Показали ему, а он отказался: «Вы за кого меня принимаете? Чтобы я тут жил? Никогда». Так и остался жить на Кутузовском.
 
– Там было попроще?
 
– Да, это были две соединённые квартиры. Чего греха таить, у бабки с дедом был странный вкус при оформлении квартиры – цветочки, ковровые дорожки, между комнатами висели портьеры. Одним словом, хороший мещанский вкус.
 
А та квартиру на Щусева так и стояла пустая. Потом её занял Хасбулатов и приватизировал её.
 
– Как Леонид Ильич относился к вам? Что дарил на дни рождения?
– Я называл его дедом. Не могу сказать, что он мне читал книжки и играл со мной, может, это и было, но в самом глубоком детстве. Во всяком случае, он был очень заботливым. Когда я был маленький, дед с бабкой дарили мне подарки, но это были просто подарки – сначала солдатики, потом велосипед, один раз он подарил мне часы. У меня до сих пор хранятся какие-то вазочки, статуэтки.
 
– Каким он был в обычной жизни?
 
– Он был достаточно весёлый человек. Когда мы ездили с ним на рыбалку или на охоту, там всегда расстилали ковер, и когда мы ели, он всегда шутил. Если бы не его работа, не его пост, то со стороны могло показаться, что он обычный нормальный человек.
 
Его рабочий день складывался примерно так. Он вставал, завтракал. Кстати, ел он всегда за восемь минут, – всё равно, что завтрак, что обед, что ужин. Не знаю, откуда у него это повелось, но так было. Может быть, это с войны.
 
После завтрака он собирался и уезжал на работу к 9 часам. Вечером приезжал, переодевался в синий спортивный костюм, который специально сшили по его размерам. После ужина смотрел телевизор, в основном информационные программы – «Время», «Фитиль», когда был помоложе, то гулял с Викторией Петровной или сидел в беседке. Но чаще он поднимался к себе в кабинет работать, адъютанты приносили чемоданчик с документами. Вот весь его рабочий день. На себя у него времени практически не оставалось. Будь он посвободнее, то, может, и пожил бы побольше и выглядел бы лучше.
 
– Рой Медведев в своей книге о нём писал, что он любил роскошь. Это правда?
 
– Видели бы вы всю эту роскошь! Знаете, что он безумно любил из еды? Можете не верить, но это – серые макароны. Помните, были такие, когда их сваришь, то они становились как пожарный шланг. Вот именно их он мог есть постоянно. Топленое масло растапливали на сковородочке, поливали эти макароны, и он ел. Ещё он любил жареное вымя. Это сибаритство? На даче были кремлёвские повара и могли приготовить что угодно. Но бабка их выдрессировала, и они готовили то, что обычно она готовила раньше – борщ, щи, котлеты отбивные.
 
Из-за того, что у него были проблемы с зубами, дед любил мягкую еду. У него был жуткий пародонтоз, и ему очень тяжело давались мосты, коронки, они ему очень мешали. Из-за того же пародонтоза у него сильно кровоточили десны. Поэтому в речи было некоторое причмокивание.
 
– Он делал что-нибудь сам дома? Какие у него были пристрастия?
 
– Я не сказал бы, что он что-то делал дома, он не рисовал, не строгал. Одно время увлекался фотографией. Вот опять-таки пишут, что у него было пристрастие к автомобилям. На самом деле его не было. И быструю езду, как пишут, он тоже не любил. Это тоже придумали.
 
Охотиться он любил. Зная это, многие дарили ему ружья. Все их относили в подвал, который запирали на ключ. Ещё у него была хорошая библиотека. Он много читал, особенно историческую литературу или на революционную тему. В конце 70-х вышел фильм «Освобождение», когда он смотрел его, то часто комментировал: «Нет, это было не так» или: «А вот это похоже на правду». Он же сам воевал и знал, что было на самом деле.
 
– А как же тогда можно объяснить такое количество наград?
 
– Страсти к наградам у него тоже не было. Он искренне был убежден, что это признание его заслуг. Первые награды у него появились ещё на войне, а там просто так их не давали. Иностранные награды были больше символические, протокольные. Самое интересное, что многие мои знакомые говорили мне в то время: «Да пусть хоть всего его увесят этими наградами, лишь бы ещё пожил». Кстати, при мне спокойно рассказывали анекдоты про деда, и если было смешно, я смеялся. Хорошо, что он хоть какие-то эмоции вызывал. Про Ельцина или Горбачёва можно вспомнить от силы пару анекдотов, а про Брежнева до сих пор помнят.
 
После его смерти по приказу Андропова у нас забрали все ружья, которые ему дарили. В его кабинет никого из семьи не пригласили, наверное, потому что там могли быть какие-то важные государственные документы. Награды оставили у Виктории Петровны, а потом под давлением одного человека, не буду называть его имени, бабка передала их в Гохран. Надеюсь, что они до сих пор там.
 
– Часто ли собиралась вся семья в его доме? Любил ли он ходить в гости или чтобы гости сами приходили?
 
– Вся семья – родственники деда и бабки – собиралась только на Новый год и на день рождения Леонида Ильича. В основном по выходным или в другие праздники собирались малым кругом – дед, бабка, сын, дочь и мы, внуки.
 
Иногда по праздникам приезжали Андропов, Устинов, Громыко. Суслова в доме деда я не помню. Отношения с членами политбюро у него были дружески-рабочие. После работы каждый ехал домой. Его иногда приглашали в гости, но кажется, он ни к кому так и не ездил.
 
– Говорят, что он боялся Андропова?
 
– Как же он мог его бояться, когда он и его, и всех остальных взрастил и поставил на их посты?! Дело в том, что тогда у каждого были свои интересы – Андропов, например, преследовал свои интересы, Щёлоков – свои, Устинов – военные. Каждый член политбюро был сам по себе величина. Но нельзя сказать, что Леонид Ильич их боялся.
 
То, что делал Андропов, он узнавал от Щёлокова, а то, что делал Щёлоков, от Андропова. Он очень хорошо умел расставлять карты. Это качество политика сохранилось у него до самой смерти. Хотя в последние годы у него было иногда такое выражение: «Ну, оставили бы вы меня все в покое». Мать рассказывала мне, что в 1978 году он серьёзно хотел уйти на пенсию, он даже с бабкой на эту тему разговаривал. Но ему не дали: «Вы у нас такой незаменимый, Леонид Ильич. Вы такой талантливый, опытный, заслуженный». И вот во что это всё вылилось.
 
Много писали, что он любил женщин. Я не видел его молодым, но, судя по фотографиям, он был красивый мужик, женщинам он нравился. Не могу сказать, насколько он был святой, но дома, в Москве, он всегда был с охраной. Ну и как в такой обстановке завести роман? Вокруг него всегда было человек десять, он даже в туалет не мог сходить без охраны. А тут всякие небылицы про какую-то медсестру придумывают.
 
– Во время его похорон было такое ощущение, что это не просто похороны генерального секретаря, а похороны целой эпохи.
 
– У меня не было никакого ощущения, что это похороны эпохи. Я хоронил деда. Было крайне тяжело, постоянно шла некая накачка – траурная музыка, поток людей в Колонном зале, бесконечные соболезнования. Но это было потому, что его хоронили не родственники, а партия. Сейчас я хожу с мамой и детьми на его могилу два раза в год – в день смерти и в день рождения.

 


Версия для печати





Комментарии к материалу "Андрей Брежнев: Дед не смешивал работу и семью"


новые в начале новые в конце
Пишет DavidSnofs в 2017-02-19 02:10:38
Практически все вещи, созданные нами, с течением лет теряют былой лоск и блеск, относится это печальное правило и к эмали на сантехнике! Если вы вдруг начали замечать, что ваша драгоценная ванна выглядит так, будто в ней расслаблялась еще Клеопатра, то настало время заглянуть на наш сайт и почитать, что есть https://plastall.com.ua/portfolio/vinnica.html .

С помощью современных инструментов и материалов вы сможете вернуть своей чугунной ванной ее первоначальный вид за пару дней! И лучше всего с подобной работой справятся наши специалисты.

Вам не надо будет ремонтировать половину ванной комнаты в квартире и выбрасывать на мусорник тяжелого чугунного монстра, которого вы поставили еще 20 лет назад.

Не стоит бояться, заходите к нам!
Пишет CalbigaFuh в 2017-02-02 10:25:00
Добрый вечер, данное сообщение направлено тем мужикам, что стали отмечать проблемы интимного характера и не имеют понятия, как от них можно избавиться, или просто-напросто боится самостоятельно приобретать рекомендованные врачами лекарства в обычной аптеке. В нашем магазине есть как правильно долго не кончать — это впечатляюще эффективный препарат для потенции, чуть подробнее о таблетках вы сможете почитать на страничке http://via-sexgra.ru/buy.php?group_id=1430 . Там вы прямо сейчас сможете приобрести препарат для потенции и оплатить покупку лишь при получении в руки.

Покупка будет на миллион процентов анонимной: мы просто не раскрываем личные данные наших заказчиков и не передаём их третьим лицам. За пять лет нашей работы мы успели собрать солидную базу постоянных покупателей, покупайте препараты для потенции у нас и не будете разочарованы!
Пишет Геннадий Моисеенкою в 2015-06-16 17:28:06
Я писал в своих книгах "Память пламенных лет" и "Эпоха победителей о молодом Леониде Ильиче и его семье, Запорожско -Днепропетровского Периода,писал я по воспоминаниям Отца ,по своим личным впечатлениям, и по рассказам окружения Брежнева.
Я давал положительную картину Леониду Ильичу, как довольно умному, образованному человеку ,способному решать военные и научно технические вопросы, которые стояли перед партией в тот период. И у меня осталось хорошее впечатление о Леониде Ильиче. Но в Горбачевский, да и Андроповский период,мне стали говорить,что этого писать нельзя, что прошло много времени и человек мог сильно измениться. Я доволен,что наконец-то Андрею Юрьевичу, внуку Леониду Ильича, дали возможность высказать объективную истину. И я рад, что и в преклонном возрасте и в старости Леонид Ильич остался всё тем же Лёней, каким и был, в военные и послевоенные годы. Хотел отправить свою новую книгу "Эпоха победителей" Андрею Юрьевичу на отзыв, но по старому телефону уже отвечают другие люди, а нового адреса и телефона у меня нет.Меня можно разыскать в интернете - Вконтакте и сообщить по какому телефону я смогу разыскать адресата.Рецензия на книгу Геннадия Моисеенко "Эпоха победителей" - доктора исторических наук Г.А.Малахова дана в интернете и её можно разыскать в поисковых системах.Яндекс,google,и друих.И там же идёт на странице КПРФ.Ру дискуссия на эту тему.

Реклама

Новости:


Все новости

Похожие материалы:

Опрос

В каких изданиях вы предпочитаете читать интервью?

— деловых — бульварных — общественно-политических — специализированных


Выберите свой ответ, просто кликнув по подходящему варианту.
Всего ответов: 17147

Подробнее