У меня голос свободного человека

Марина Капуро / Невское время, 2010-04-14, Елена Добрякова
Музыка / опубликовано 14.04.2010



Марина Капуро
Певица, обладающая уникальным хрустальным голосом, диапазоном не меньше четырех октав, бессменная солистка фолк-рок-группы «Яблоко», возникшей более 30 лет назад, заслуженная артистка России Марина Капуро практически никогда не меняла своего имиджа – свободно падающие темные волосы, часто венок на лбу, летящие платья и сарафаны. Марина и в общении естественная и искренняя. Новомодные вещи не приемлет, считает, что главное для нее – это голос, которым надо распоряжаться правильно.
– Марина, вы были очень популярны в 1980–1990-е, вас постоянно показывали по телевидению, вы участвовали во всевозможных фестивалях, начиная с Сопота, Зеленой Гуры, Берлина, ездили в бесконечные гастроли – в Японию, Америку, Европу. А в 2000-е совсем исчезли с экрана, вашего имени почти нет на концертных афишах в городе – вам это не обидно?

– В начале девяностых был глоток свободы. Сейчас такой свободы в шоу-бизнесе нет. Помните, Ленинградское телевидение конкурировало с Москвой, был популярный «Музыкальный ринг», который потом закрыли… Все с тех пор перевернулось. Многие из исполнителей отправились в Москву, но там пришлось играть не по своим правилам. Нет, мне совершенно не обидно, что я оказалась как бы в стороне от шоу-бизнеса. Сегодня, я это знаю, у меня миллионы поклонников в разных городах. И там, где я выступаю, аншлаги. Да, в телевизоре теперь не мелькаю, но ведь нет и многих других исполнителей, находящихся в прекрасной форме. Мой муж, руководитель группы «Яблоко» Юрий Берендюков, убежден, что, если бы сегодня деньги зарабатывала сама индустрия шоу-бизнеса, как это было в конце 1980-х – начале 1990-х, тогда востребованы были бы самые талантливые, самые профессиональные. Так происходит во всем мире. Но если шоу-бизнес кормится из каких-то других денежных потоков, то тогда привлекается определенная тусовка. Никакой связи между популярностью артиста и его официальной признанностью нет.

– А как за границей организовано эстрадное «поле»?

– Там существует уважение к артисту, там много достойных ниш – не только залы, подобные нашему «Октябрьскому» или Ледовому дворцу. И конечно, индустрия шоу-бизнеса – это конкурентная борьба, создание и продажа музыкального продукта, тех же дисков. Деньги только отсюда. Никаких других источников у шоу-бизнеса нет – ни нефти, ни алмазов, ни газа, как в России. А чтобы деньги были большими, нужно, чтобы тиражи музыкальных записей тоже были огромными. Концерты – это не определяющее. Если выпускается новый альбом, то под него и делается концерт. По объему денег шоу-бизнес находится в мире на втором месте после технологий. У нас же этой индустрии, можно сказать, не существует.

– Недавно вы на вечере памяти Николая Рубцова на Кировском заводе пели песню «Горница». Зал очень тепло принял это исполнение. Вам близка подобная лирика, какую поэзию вы любите?

– Знаете, это такая интимная и сокровенная поэзия, и она мне очень близка. В исполнении таких стихов важен посредник. Помните, актер Борис Плотников вышел читать рубцовские стихи – и мурашки по телу бегали, настолько гениально они звучали. Важна искрометность. И я тоже стараюсь ее передавать. Говорят, я внесла на эстраду новые форматы – русский фолк и русское кантри. Русские песни зазвучали по-новому, они будто вышли в иной космос, стали рождать другие эмоции. Я пою еще одну рубцовскоую песню «Звезда полей». Там есть потрясающий образ – огонек. И к этому огоньку как к маяку человек может идти, согреваться около него душой.

Одно время «Горница» очень часто звучала по радио в самых разных передачах и точно попадала в настроение слушателей. Мне приятно, что и сегодня к песне есть интерес и нуждаемость в ней. Кстати, интересно, что стилистика многих песен группы ABBA та же самая, что и в наших славянских фольклорных песнях, и «Горница» в том же ключе. На одном из приемов я пела акапельно Happy new year из «аббовского» репертуара, и мне сказали, что это можно спутать с «Горницей». У ABBA такая же непосредственность, чистота. И потому я обожаю эту группу и с радостью пою песни из их репертуара.

– Вы поете репертуар ABBA, а сами лично встречались с музыкантами?

– Только с Бени Андерсеном, прошлым летом, когда он инкогнито приезжал в Петербург. Была единственная встреча в гостинице «Астория», где он останавливался. Я передала для него диск с записанным шоу «ABBAмания». Это такая история, в которой рассказывается о том, что случилось в СССР, какая музыка здесь была до того, как к нашему затюканному народу пришла АББА и как ему понравилась яркая солнечная музыка из Швеции. А на следующий вечер мы уже встретились с Андерсеном лично, обнялись, поцеловались. Улыбка не сходила с моего лица. И слезы счастья лились. Бенни тоже был рад, предложил встретиться в Стокгольме, но пока этого не случилось – все впереди.

– Кому и чему вы должны сказать спасибо за карьеру певицы?

– Наверное, тому, что меня в молодом возрасте заметил Юра и помог раскрыть мои способности. Но прежде всего я обязана природе и моей маме. Мама вовремя разглядела, что для меня петь – это такое же естественное состояние, как дышать, говорить, ходить. И отвела меня в Дом пионеров, куда отбирались дети с ярко выраженными музыкальными способностями, – преподаватели Консерватории учили нас сольному пению. То есть получилось, что в Консерваторию я поступила уже в детстве. Мама понимала, что мне хочется, как любому ребенку, побегать, попрыгать, и не требовала от меня непременно пятерок, но при этом разумно рассуждала, что учеба мне пригодится в жизни.

– Что вы почувствовали, когда в первый раз попали с концертом за рубеж?

– Ощущение прорыва, свободы, парения. Первая моя зарубежная поездка была в Берлин. Мы выступали в трехэтажном здании – song-club – музыканты из разных стран пермещались, знакомились друг с другом. Я впервые почувствовала, как там ценят человеческое достоинство и как все создано для человека. А еще запомнился тур в США в 1990 году. Мне очень хотелось побывать в Америке – вырваться из привычного мира, преодолеть границы. Тур предваряла поездка по Миссисипи, которую организовал Советский комитет защиты мира, и среди американцев был бизнесмен, который настолько проникся моим пением, что захотел провести в Америке гастрольный тур группы «Яблоко». Он приехал специально в Россию, посмотрел нашу программу, в основном фолк-роковую. И потом по его приглашению мы гастролировали целый месяц, посетив 26 штатов. Тогда я поняла, что могу совершенно спокойно там работать, меня уговаривали остаться. Однако мы рвались назад, потому что перестройка, Горбачев, новые перспективы, новая жизнь… Но оказалось, что эта новая жизнь не совсем оправдалась.

Что вас в жизни может вышибить из седла?

– Практически ничего. У меня надежный тыл: моя семья – мой муж Юрий, сын Алексей, множество друзей и поклонников. Я не расстраиваюсь от маленького количества эфира. Единственное, чего стоит бояться, – потери голоса. Потому что голос – это моя жизнь. Но я знаю, что голос мой будет сохраняться, пока голова работает. Разум управляет нашими чувствами, эмоциями, позволяет соблюдать этические, моральные принципы, любить жизнь и людей. То, по каким законам живет человек, обязательно отражается на голосе: или он будет сохранен, или разрушен. Сегодня я никому не принадлежу, никакому продюсеру, я абсолютно свободна. И от этого счастлива, я всегда к этому стремилась. Разве не слышно, что у меня голос свободного человека? Я как свободная птица.

– Был день, когда бы вы не пели?

– Только когда болею – не пою. А так вообще каждый день. В душе, на кухне, в спальне, везде пою – это так естественно. Пробую голос всегда. И это получается рефлекторно, инстинктивно.

– Не говорили вам, что ваше пение лечит, помогает кому-то?

– Это было с моими родителями. От них я всегда получала праздник и счастье – и в ответ хотела им сделать что-то хорошее. Я пела для них и видела, как у них увлажнялись глаза, как они расслаблялись. Я знаю, что правильное пение благотворно воздействует на людей. А уж как на животных! Был однажды случай. Мы зашли в зоомагазин, кого там только не было – попугаи, крысы, хомяки, – и в какой-то момент у них начался переполох. Я взяла и запела англо-кельтскую песню – и вмиг животные притихли и стали слушать. Животные как метроном, их успокаивает чистый звук.

– Нужно ли соблюдать какую-то диету, какой-то особый режим для того, чтобы быть всегда в форме?

– Голосу, наверное, вредит курение. И я не курю, ну если только трубку мира могу раскурить с друзьями. А так чтобы в сумочке сигареты носить – нет! Я постоянно на сцене, и важно оставаться стройной, калории лишние мешают. Но я даже не задумываюсь, что мне есть и пить. Этим всем занимается мой муж Юра. Ем я один раз вечером. Мужу не лень тушить какую-нибудь тыкву, жарить куриную отбивную. Сладкого и мучного он мне не дает. Так что приходится голод зажевывать сухим рисом – все время с собой в баночке ношу.






Реклама

Похожие материалы:

Опрос

В каких изданиях вы предпочитаете читать интервью?

— деловых — бульварных — общественно-политических — специализированных


Выберите свой ответ, просто кликнув по подходящему варианту.
Всего ответов: 17556

Подробнее