Войти      Зарегистрироваться

Я не танцую на дискотеках

Валерий Михайловский / Daily Talking, 2011-09-23, Сергей Анашкин
Театр и кино / опубликовано 23.07.2013 / Комментарии (0)



Валерий Михайловский
Создатель единственного в России театра мужского балета считает, что его труппа существует только благодаря энтузиазму. В интервью он рассказал о сложностях мужского балета, комплименте Майи Плисецкой, и как он танцевал брейк-данс на съезде комсомола во Дворце Съездов

- Валерий, в этом году вашему балету исполняется двадцать лет. Как вам удалось столько просуществовать?

-  Сохранились мы благодаря государственной поддержке.  С 1992 по 2010 год мы были государственной труппой, а  в 2010-м в связи с преобразованиями в сфере культуры,  наше финансирование прекратили.  Мы зарегистрировались как автономная некоммерческая организация. Это поставило труппу на грань  исчезновения.  

-Какая была причина отказа в финансировании?

-  Это коснулось всех театров. У нас не было и нет  ни своего здания, ни своего репетиционного зала, нас легко сократить. Тенденция сегодня такая:  все театры нужно перевести на субсидии. Чем меньше будет государственных театров, тем меньше государство будет тратить на культуру.

Балетный коллектив очень затратен. Необходимы ежедневные занятия, репетиции, а в маленьком зале это делать  невозможно. Сейчас  арендуем несколько залов, но  стоит это очень дорого. Драматический артист, как и музыкант,, может репетировать дома, хоть на кухне, сиди, учи роль.  Балетному артисту , помимо обязательного репетиционного зала,  нужна специальная обувь - пуанты,-  которая быстро изнашивается, ее хватает  иногда на один спектакль, не больше.  Пуанты очень дорогие, потому что делают  их вручную.

Мы стараемся зарабатывать сами,  хотя это очень трудно, ведь  балет – это не эстрада и не попса. Нисколько не хочу преуменьшить таланты эстрадных певцов, среди них есть такие трудяги, как, например,  Валерий Леонтьев или Лариса Долина. Но если сравнить даже посещаемость выступлений, то у них она куда больше. Балет – это элитарное искусство.

- Вы тоже выступаете в больших залах. В БКЗ «Октябрьский», например.

- Это бывает раз в году. В «Октябрьском» очень  дорогая аренда, а собрать четыре с половиной тысячи зрителей, чтобы ее оправдать, не так просто. Плюс еще  реклама, которая часто  стоит  дороже, чем аренда.

- А как же ваши поклонники?

- У нас есть постоянный зритель, наши верные поклонники,  но собрать из них полный зал БКЗ в один концертные вечер  вряд ли получится.

- Как же вы существуете?

- На энтузиазме. Не знаю, насколько хватит терпения у ребят. Помимо всего прочего, у  нас есть специфика – мы танцуем на пальцах. Научить профессионального  танцовщика танцевать на пуантах безумно  трудно, этому не учат ни в одном хореографическом училище. Ребятам приходится практически «с ходу» овладевать совершенно новой и непривычной для них техникой. Поэтому когда  у кого-то из наших артистов появляются предложения, и они уходят в другую труппу  со стабильной и хорошей зарплатой, я их понимаю и отпускаю.

- Когда вы начинали, было проще?

- Тогда я написал письмо  Анатолию  Собчаку по поводу создания своей труппы. Он  спросил: «Это тот самый Михайловский, который танцевал князя Мышкина?» , и тут же жал согласие, поняв,  что идея Мужского балета действительно может быть  очень интересной. Ни у  нас в стране, ни в мире больше нет такой труппы. Мы до сих пор – единственные.  Ведь кроме классики  мы  танцуем еще шестнадцать стилей и направлений танца.  А  научить человека танцевать и классику, и танго, и модерн, и степ - , очень сложно, поверьте.

- За время существования труппы что вы больше слышали о своей работе – восхищения или неодобрения?

-  Мы объездили с выступлениями почти всю Россию, и более 25 стран мира, в некоторых городах бывали  несколько раз. Там, куда мы приезжали впервые, бывало, что зрители сначала воспринимали отрицательно: «Мужики на пуантах? Да еще в женском? Они, наверное, геи». Но после спектаклей меняли свое мнение кардинально, признавая, что ничего подобного никогда не видели.

- Это зрители, а коллеги что говорят?

-  В основном, относятся доброжелательно.  Однажды в БКЗ «Октябрьский» был концерт – в первом отделении танцевали солисты Мариинского театра , а во втором  наш  Мужской балет, причем  те же самые номера.  Мариинку  представляли  великие балерины – Светлана Ефремова и Елена Евтеева.  Они  потом спрашивали у меня, как я делаю какие-то па. Евтеева сказала, что ей безумно понравился мой «Лебедь».

С Любовью Кунаковой мы танцевали вариацию «Раймонды» -  она «фразу», я «фразу»… Другие бы сказали, что великая балерина сошла с ума, танцует с Михайловским! А для нее это было нормально.

На одном из конкурсов «Майя» одна дама –балетный критик, посмотрев выступления участников, сказала при подведении итогов: «Скоро мы будем учиться классическому балету у Михайловского». Мне было приятно это слышать.

- Как  ваши артисты решаются танцевать в женских костюмах? Это не только необычно, но и может показаться более, чем странным, как тем  товарищам, о которых вы говорили….

- Если человек внутри по-настоящему артист, то это для него не более, чем роль. Наши ребята именно так это и воспринимают.

-  Может, это как «прикол»?

- В какой-то мере, да. Но прикол все-таки сложный, тяжелый. Этому еще надо научиться. Особенно  тому, как встать  на пальцы.

- К тому же в классическом балете партнер поднимает партнершу на руки…

- У нас все по-другому. Я не просто так сказал про умение танцевать на пальцах,. У наших артистов ноги постоянно стерты. У мужчин же вообще другое строение тела - другие ноги, другой вес, другой центр тяжести, поэтому и на пальцах он стоит всем весом. У женщины природа совсем  иная, другие пластика и конституция. Я никогда не думал, что между мужчиной и женщиной такая пропасть, даже в балете.

Когда мы начинали репетировать, стало понятно, что у мужчины совсем другая походка,  руки, поворот головы.  Но ничего, научились. Для меня самое главное в работе – чтобы не было пошло и грубо.  Когда мужчина начинает изображать женщину,  чаще всего это больше похоже на кривляние, грубую пародию. Мне  не хочется   пародии такого уровня. Мне важно, чтобы было не пошло, а профессионально.

- Майя Плисецкая когда-то сделала вам  комплимент. Дескать, вы танцуете «Умирающего лебедя» лучше, чем она. Приятно было?

- Это была шутка гения. На мой взгляд, лучше Плисецкой «Лебедя» никто не танцевал. Я до сих пор смотрю  записи ее выступлений, как завороженный.

- У  вас не было желания открыть свой театр?

-  Нет. У меня было только желание иметь свой репетиционный зал. Театр должен быть репертуарным, должна быть постоянная большая труппа, множество спектаклей. Такой  театр очень трудно содержать в нынешних условиях,  нам бы себя  хотя бы сейчас прокормить…

 

- Но Эйфман же строит свой театр…

- Это другое. Я не настолько влиятельный человек, чтобы моей труппе выделили такое финансирование.

- Вы считаете себя его учеником?

- Конечно, я многому научился у Эйфмана. Когда стал руководить труппой, по- другому начал понимать его. Не только творчески. Одно дело быть просто актером, исполнителем, и совсем другое – руководителем. В каком-то плане считаю себя его учеником, хотя в классическом танце и других направлениях, я умел кое-что и до знакомства с ним.

Знаете, когда заканчивается балетная карьера? Когда артист перестает учиться. Поэтому наши ежедневные занятия называются уроком или классом.  Мы учимся каждый день. Я до сегодняшнего дня овладеваю какими-то новыми стилями, мне это интересно, несмотря на возраст (улыбается).  Сегодня много новых течений в танце, и я репетирую их с ребятами. Я должен все знать сам, чтобы показать, научить.

- Современные танцы  нравятся?

-  Нравятся. Это совсем другая культура, совершенно другое мировосприятие, другие пластика и ритм. И это все непросто.

Не всех классические танцовщики способны овладеть  современными направлениями танца.  У нас  были такие ребята, которые не смогли это освоить.

Когда –то на заре появления брейк-данса  я танцевал его на концерте для делегатов последнего съезда комсомола в Кремлевском дворце съездов, под песню Пахмутовой «Мы – молодые».Пока учился  этому танцу, ходил весь в синяках -  с зелеными плечами и синим позвоночником.

- На дискотеках танцуете?

- Нет, и очень давно.

- Почему?

- Инстинкт самосохранения. Дискотека – это свободные танцы. Не дай бог, если тебя толкнут.  Лет двадцать назад меня случайно толкнули так, что я подвернул ногу. С тех пор, бывая на дискотеках, просто смотрю, как люди веселятся.

-  По вашим наблюдениям, умеют  наши люди танцевать?

-  Мне нравится. Главное – естественность самовыражения. Когда начинается кривляние от желания показать себя – неприятно.

Ощущения танца есть у многих, просто его  надо развивать. Стремление танцевать заложено у  всех. Танец – это движение.  Мы ходим, двигаемся, реагируем корпусом, все это  - естественное самовыражение. Другое дело, что профессиональному  танцу надо учиться серьезно.

- Как вы думаете, почему в России стали так популярны ирландские танцевальные ансамбли?

- А кто танцует в этих ансамблях?.. Половина артистов из ансамбля Игоря Моисеева, половина из «Березки». Основной костяк – выходцы из России.

На мой взгляд,  ничего особенного в этих танцах нет – довольно примитивные   рисунки  опущенные руки,  танцоры работают в основном ногами., очень мелкие движения. Они привлекают массовостью и синхронном.  Посмотрите, как работает ансамбль «Березка», как они двигаются, как они перестраиваются. У них есть свой конек – кажется, что девочки не двигаются, а плывут. На одном их  выступлении видел, как зрители привставали с мест, чтобы посмотреть на сцену, и убедиться, что она не крутится.

- Почему в России мало, кто знает народные танцы? Ту же «Барыню» вряд ли знают…

- О чем вы говорите! Сегодня в хореографических училищах перестали преподавать русский танец. Есть просто характерный танец, где обучают испанскому танцу,  мазурке, краковяку… Русскому танцу учат только в студиях ансамбля Игоря Моисеева.

- Вы можете сравнить отношение  к национальным танцам у нас и на западе?

-  У них более или менее то же самое. На западе до сих пор с интересом относятся к нашим  ансамблям - , той же «Березке» или  моисеевскому. Потому что они отличаются  потрясающим  мастерством.

-  Вам довелось попробовать себя в качестве драматического артиста.  Понравилось?

- Я участвую в спектакле «Дневник гения» про Сальвадора Дали. Играю  актера Джефф Фенхольта, последнего любовника Галы,  исполнителя  главной роли в фильме-мюзикле «Иисус Христос суперзвезда». Текста у меня, правда, немного.

- Не привычно было ходить по сцене, а не танцевать на ней?

- В этом спектакле я еще и танцую. «Дневник гения», кстати, не первый мой драматический опыт. Была еще одна очень серьезная работа – «Послесловие к «Идиоту». Но, к сожалению,  этот спектакль мы сыграли всего  по одному разу в Петербурге и Киеве, восемь раз в Париже,  десять  в Америке,  столько же во Франкфурте и Дрездене.

В этом спектакле  участвовали  два актера – Олег Валерьянович Басилашвили и я.   Пьесу написал Влад Фурман, а автором идеи была Ольга Обуховская, бывшая жена Фаруха Рузиматова. Действие развивается  уже после окончания романа Достоевского: князь Мышкин попадает к доктору Шнайдеру в Швейцарию,  где тот с помощью психологических сеансов провоцирует Мышкина, заставляет его снова пережить события, которые были в романе, пытаясь  таким образом вернуть его к реальности. Однако, в ходе сеансов он понимает, что у князя настолько прекрасный внутренний мир, при этом абсолютно  неприспособленный к окружающему, что будет лучше оставить его в том мире, в котором он живет.

В этом спектакле я тоже танцевал. Публика принимала потрясающе.

 

-  Ваш балет выступает под фонограмму.  Считаете это  нормальным?

-  Вполне.  Откуда у нас деньги на живой оркестр?

- Но фонограмма все-таки - это не живой звук…

-  Мы  работаем под  хорошие фонограммы, с прекрасным исполнением. Для нас это удобно – одни и те же записи, один и тот же темп, что в балете очень важно. Дирижер может замедлить музыку или увеличить темп.  Ничего страшного в фонограммах нет.

- Вы поставили один номер для  Плющенко,  как хореограф.  Интересно было с ним работать?

- Мне очень понравилось. Он настоящий спортсмен, работяга, очень мыслящий человек. Почему одни становятся чемпионами, а другие нет? Наверное, потому, что вторые просто не работают.

- Судя по тому, как он ходил на работу в ЗАКС не скажешь…

- Это другое.  Почему-то на это обращают  больше внимания, нежели на его творчество.

- Если у вас такие связи, то почему вашему коллективу не помогают спонсоры?

-  Мечтаю о них. Мои друзья давали мне деньги на костюмы. Мог позвонить человеку: «Слушай, нужны деньги». Встречались, он открывал свой «лопатник» - с одной стороны доллары, с другой – рубли. «Бери сколько надо». Я брал ровно столько, сколько было нужно. Ни на копейку больше.

Наверное, было бы хорошо, если бы нам помогала какая-то крупная компания, но такого нет. Тут есть психологический момент, как мне кажется. «Помогать мужскому балету? – думает человек. – Что обо мне подумают?». Такое, к сожалению,  в мозгах наших людей есть, и никуда от этого не денешься.

Например, в Южной Корее и ЮАР на наши  спектакли приходили президенты этих стран.. В Ботсване  пришел весь дипломатический корпус. После спектакля  посольство устроило прием, где  все дипломаты с восторгом благодарили нас за праздник. А в своей стране мало того, что мы остались без поддержки государства, так еще и работаем за копейки.

- Как смотрите на будущее?

- Пока не знаю, пока держусь.  Нервов и изобретательности хватает. Будет обидно, если все, что тащил двадцать лет, рухнет в один момент. Если бы я знал, когда начинал, что все будет так трудно, то, может, и  не взялся бы. Людям нравится то, что мы делаем, нас великолепно принимают. Иногда приезжаем в города, где вооьще  нет балетных коллективов, и люди впервые знакомятся с балетным искусством именно на наших спектаклях

Один балетный критик сказал мне: «Ты, как Анна Павлова, пропагандируешь русский балет на западе».

- А чего все это стоит, никто не знает…

- Раневская, не будучи балериной,  хорошо поняла суть нашей профессии: «Балет – это каторга в цветах». Только я  бы еще  добавил – не всегда в цветах.



Версия для печати





Комментарии к материалу "Валерий Михайловский: Я не танцую на дискотеках"


новые в начале новые в конце

Реклама

Новости:


Все новости

Похожие материалы:

Опрос

В каких изданиях вы предпочитаете читать интервью?

— деловых — бульварных — общественно-политических — специализированных


Выберите свой ответ, просто кликнув по подходящему варианту.
Всего ответов: 16860

Подробнее