Есть свобода слова, но нет свободы мозгов

Лев Новоженов / Вечерний Якутск, 2010-03-19, Александр Хавренко
СМИ / опубликовано 21.05.2010



Лев Новоженов
Этот мягкий, слегка приглушенный баритон ни с одним другим голосом никогда не спутаешь. Более десяти лет назад он рассказывал нам народные новости в программе «Времечко», вспоминал старые добрые времена в «Старом телевизоре», вел непринужденную беседу с Хрюном Моржовым и Степаном Капустой. Кажется, сколько существует Российское телевидение, столько с экрана нам улыбается телеведущий Лев Новоженов.
– Бытует такое мнение, что чем дальше от столицы, тем хуже…
 
– Это пережитки центризма. И, повторюсь, единственная разница – разница денег.
 
– Лет 10 назад в одном из интервью вы сказали, что считаете телевизор чудом, почти таким же, как самолет. За это время много изменилось, много ушло и перешло в Интернет. Что он для вас?
 
– Это, безусловно, чудо, еще больше чудо, чем телевизор. Потому что Интернет – это потрясающее средство связи всех со всеми, совершенно невероятное. Кроме всего прочего, Интернет – это бесконечный источник информации. Мы ведь, по большому, еще даже и не осмыслили, что такое Интернет. И как его применять и что с ним можно делать, нам еще предстоит узнать. Узнать и удивиться.
 
Ведь Интернет, а не телевидение, абсолютно стирает грань между центром и периферией и отменяет эти понятия центризма. Потому что везде, в любой точке мира, где ты находишься с ноутбуком, там и есть центр этого мира.
 
– Вы лично сколько времени проводите в Интернете?
 
– Я не сумасшедший какой-нибудь юзер, который живет в Интернете. Нет. Но одна мысль о том, что ты можешь нажать кнопку и узнать что-то, навести справки, делает тебя увереннее. Но люди настолько ленивы иногда, что для них и нажать кнопку проблематично. А в целом, Интернет – это прекрасная штука, не надо копаться в энциклопедиях, держать дома большую библиотеку, достаточно одного клика.
Я в Интернете бываю не чаще, чем, наверное, вы. Смотрю новости, читаю почту, пишу письма. Но если смотреть глобально, то мы и не вылезаем из Интернета. Вот даже мой приезд сюда. Приглашение и прочую информацию я получил по почте. Электронные билеты на самолет заказывал через Интернет.

– Как по-вашему, возможен ли диалог независимых СМИ и власти?
 
– Он не только возможен, он неизбежен. И здесь приходится обращаться опять же к Интернету. Есть такая русская пословица: «Шила в мешке не утаишь», и в Интернете она приобретает такие зримые очертания. Как бы власть ни хотела что-то скрыть, это самое шило обязательно прорвется в этом самом мешке, который называется Интернет. И тайное станет явным. И в этом и заключается диалог с властью, что на власть можно оказывать давление с помощью таких инструментов. И власти, хочет она того или не хочет, придется считаться с аудиторией, которую принято называть совпадающей – журналисты и читатели.
 
Диалог с властью – это и есть смысл нашей работы, найти слова и от имени народа вступить в этот диалог.
 
– Но ведь власть-то не всегда с охотой идет на него…
 
– А это уже не вопрос, хочет она или не хочет. Она вынуждена это делать. Это раньше она могла прятаться за высокими стенами, за бастионами официозных изданий, в которых могла представить реальность такой, как она хочет. Теперь это стало невозможным. Да, какие-то ухищренья продолжаются, но, в целом, скрыться от народа ей уже не удается.
 
– А свобода слова? Она в России есть? Или это чисто номинальное понятие?
 
– Я думаю, что свобода слова есть, а нету свободы мозгов! Мало иметь свободу слова, надо уметь этим словом воспользоваться. А оттого, что она есть, но ты не можешь сказать то, что надо и так, как надо, толку-то никакого.
 
Писать в лифтах слово из трех букв — это тоже своеобразная свобода слова. Но кому она нужна такая? Поэтому, чтобы воспользоваться свободой слова, нужно быть подготовленным к этому. Потому что слово – это грозное и острое оружие. И это не пустые слова, потому что всегда вначале идет слово, а потом все остальное.
 
– Свою творческую деятельность вы начинали, в том числе, и как редактор странички «Сатира энд Юмор» и вообще имели непосредственное отношение к юмору в стране. Сейчас на российском телевидении вы ближе к какому из условных лагерей: «КВН», «Аншлаг» или «Cоmedy Club»?
 
– В принципе, ни к какому. Я считаю, что творчество, а особенно юмор, – занятие индивидуальное. Юмор – это наиболее яркое выражение свободы человека. Кстати, о свободе слова.
 
Юмор – инструмент познания действительности. Он не может быть самоцельным. Знаете такое выражение: «Смех без причины – признак дурачины», вот такой смех мне не нравится. А то, что демонстрирует «Аншлаг» и другие передачи подобного толка, это какой-то коллективный смех, стадный.
 
Мне нравится русская школа юмора: Чехов, Хармс, Зощенко, Аверченко. Люди, которые были мастерами художественного слова.
 
А сейчас мы видим такой американизированный юмор. Конечно, у американцев есть замечательные писатели, комедиографы, но на современный юмор они никак почему-то не повлияли. Я считаю, что каждому свое и нам совсем не нужно им подражать. Ну, как так можно, здесь Гоголь жил! И мы, когда шутим, должны об этом не забывать и быть достойными такого юмора. И я это говорю абсолютно серьезно.
 
– Лев Юрьевич, откройте секрет творческого долголетия.
 
– Творческое долголетие… (Задумчиво смотрит вдаль). Даже не знаю, как ответить. Открыть секрет, открыть секрет… Может быть, тут и нет никакого секрета, потому что нет никакого долголетия? Я не чувствую себя очень старым. За исключением тех случаев, когда не высплюсь. Вот тогда чувствую себя старым. О! Высыпаться!
 






Реклама

Опрос

В каких изданиях вы предпочитаете читать интервью?

— деловых — бульварных — общественно-политических — специализированных


Выберите свой ответ, просто кликнув по подходящему варианту.
Всего ответов: 17546

Подробнее