Культуру забывать преступно

Елена Образцова / Daily Talking, 2013-08-26, Андрей Морозов
Культура / опубликовано 26.08.2013



Елена Образцова
Известная оперная певица считает, что русское классическое искусство разрушают или по дурости, или специально.  О том, что  она не следит за новыми произведениями симфонической музыки, как относила в мешках десятки тысяч долларов в «Госконцерт», и почему человек искусства должен быть подальше от политики, Елена Образцова рассказала в интервью.

-  Елена Васильевна, в конце недели в Петербурге откроется  международный конкурс молодых певцов. Что вы от него ждете?

- Хочется найти очень талантливых людей. Хочется помочь им, чтобы у них было настоящее артистистическое будущее. Поэтому всегда приглашаю в жюри больших профессионалов своего дела. Их рекомендации будут лучшими  при приеме в театры.

Сейчас появилась идея: договориться с директорами  разных  театров о том, чтобы  победители  нашего конкурса  могли  петь в уже поставленных операх. Уже ведем переговоры с директорами театров. Это будет  премией для лауреатов.

- Конкурс уже проходит в девятый раз. Вам известна судьба победителей прежних конкурсов?

- Конечно, мы  отслеживаем,  что стало с ними. Приглашаем их в концерты.  Они все поют – и в России, и за рубежом. Кто-то в «Метрополитен», кто-то в «Ла Скала», кто в «Ковент-Гарден». И в Большом, и в здесь, в Кировском.

- Не обидно, что уезжают?

- Отток талантов, к сожалению, от нас не зависит.

- А от кого он зависит?

- От нашего правительства, которое не понимает, что молодым нужно платить деньги, чтобы они могли жить. Например, так делает Гергиев. Он приглашает в театр больших режиссеров и артистов, платит им хорошие деньги, но ставит условие: они обязаны петь в его театре, несмотря на свои гастроли за границей.

- Тогда причем тут правительство?

- Потому что оно должно поддерживать культуру. Они никак не могут понять, что когда говорят о стране, то  в первую очередь говорят о ее культуре, а об экономике  потом.

    Сегодня молодым певцам у нас платят копейки. А им хочется работать, петь с лучшими артистами, работать с лучшими режиссерами. Поэтому понятно, почему они уезжают. Но все равно, они накопят там опыт, и, вернувшись, привнесут его в культуру России обязательно.

- Как вы думаете, почему бизнесмены больше поддерживают шоу-бизнес,  а не классическое искусство?

- Потому что такой менталитет.  Им нравится такая музыка – вот они ее и заказывают. Здесь тоже важно влияние правительства. Раньше, в Советском союзе были передачи с концертов, по телевидению показывали балеты и оперы. А сейчас весь эфир отдан шоу-бизнесу. Какой канал ни включи, везде – шоу, шоу, шоу, песенки, кривляния.

- Почему же в правительстве не прислушиваются к мнениям  таких авторитетных  деятелей искусства, как вы, например?

-  У правительства слишком много  неотложных дел. А мы теряем от того, что они не замечают падение нашего искусства. Мы уже потеряли несколько поколений из-за этого шоу-бизнеса. Слава богу, что сейчас у молодых певцов появился интерес к опере. Поддерживать искусство должно министерство культуры, а деньги выделять правительство и дума.

- Получается, им не до этого?

- Напрасно. Может, у них действительно много дел. В общем, надо восстанавливать страну. Я понимаю, что в девяностые она была разворована, но сейчас делается много важного и правильного. Но об искусстве забывать преступно.

- С шоу-бизнесом все понятно: за кого заплатили, тот и будет петь, и не важно: есть голос или нет. Насколько такая ситуация возможна в серьезном искусстве? Писали, что кто-то платил за то, что кто-то платил за то, чтобы Волочкова танцевала, а Басков пел на сцене Большого театра.

- Волочкова была  не такая плохая балерина, как о ней говорят. У Баскова был замечательный, просто потрясающий голос.

- Почему был?

- Сейчас он стал петь песенки, и у него уже нет настоящей постановки голоса. Несмотря на это, три года назад в Испании у Карлоса Кабальеро  он записал замечательный диск с ариями из опер. Я была счастлива, когда слушала его. Сейчас, конечно, я не уверена, сможет ли он вернуться к классике.

А такого, как вы говорите, чтобы кто-то заплатил за кого-то, в опере не бывает.

- Вы уверены?

- Абсолютно. Ну, вот как можно заплатить за вас? Даже если бы заплатили, вы смогли бы петь?

- Насколько, на ваш взгляд, сегодня насыщена музыкальная жизнь в России?

- Вы про молодые таланты или вообще?

- Вообще.

- Сейчас в театрах большая трагедия от  директоров и режиссеров.  Они портят классическую оперу своими идиотическими постановками. В них нет ни логики,  ни знаний, ни продолжения традиций. Эти люди или специально разрушают русское искусство, или у них не хватает культуры и знаний.

- В Мариинке поставили «Бориса Годунова»,  где бояре – депутаты госдумы, а царская охрана в форме ОМОНа…

- И что в этом  хорошего? Разве это «Борис Годунов»?

- Вы думаете, это делается умышленно?

- Думаю, что да. Или по дурости, или специально.

- В театрах практически не ставят современных авторов. С чем это может быть связано?

- Я могу только предполагать. Если было бы что-то талантливое, то поставили бы.

- Вы следите за новыми произведениями  симфонической музыки?

- Нет. У меня  просто нет на это времени. У меня конкуры, мастер-классы, выступления, концерты, опера. У меня много дел. Для новой музыки просто не хватает времени. Есть только на ту, которую я учу. У меня ведь каждый год новые программы. Это очень большая работа.

- Но ведь должен быть какой-то интерес к новому.

- Он закончился у меня на музыке Георгия Васильевича Свиридова.

- Список ваших наград очень внушительный. Среди них есть и звание Героя Социалистического труда. Вас не удивляло, что  исполнителей классической музыки приравнивали к  рабочим и крестьянам?

- Мы тоже рабочие, работаем как землекопы. Пение - это ведь большой физический труд. А в советское время любой труд был социалистическим. Правильно, что сегодня возродили звание «Герой труда».

- Вам это нравится?

- Да, очень. Потому что есть одаренные люди, которые обязательно должны быть «Героями труда».

- Думаете, это звание нужно и вашим зарубежным коллегам? Например, Доминго?

- Ему не надо этих званий. У него есть деньги, которые ему заменяют все.

- А у нас, получается, званиями заменяют деньги?

-  У нас денег нет, и вместе со званием тоже денег не давали. Еще наше государство отнимало у нас все деньги. Так что, на старости лет мы остались без денег.   Ну, хотя бы звания дали, проявили уважение. Это тоже приятно.

- Как государство отнимало у вас деньги?

- Все, что мы зарабатывали, отдавали государству. Мне платили 115 рублей за каждое выступление на Западе, хотя я получала за них громадные деньги. Складывала эти тысячи долларов в мешок, и сдавала.

- Сами?

- Конечно. В «Госконцерт». Это делали все артисты. Если кто-то не сдавал, становился невыездным.

- В советское время вы много гастролировали. Каково было возвращаться из цветных, ярких, полных огней городов в серую страну? Вы задумывались: почему у нас все не так?

- Конечно. Очень сожалела, что мы так серо живем. Помню, как приехала в Москву после гастролей в Нью-Йорке перед Новым годом. Едем в машине, я смотрю в окно: «Боже мой, как темно».  Таксист  спросил меня: «Вы откуда приехали?». «Из Нью-Йорка». «Ну, тогда понятно, почему в Москве темно».

Да, было темно, люди были грустные, им очень мало платили. Сейчас чуть полегче стало, но все равно тяжело. Но ведь, с другой стороны, в советское время даже при мизерной зарплате, каждая семья могла поехать в отпуск на Черное море. Сейчас это не все могут позволить себе.

- Сегодня, оправдывая советское прошлое, говорят: «Пусть мы были нищими, но зато были богаты духовно». Получается, что нищета равна духовности?

- Любое искусство развивается приливами и отливами. Если в государстве  есть стабильность, то и в искусстве наступает она. Когда начинаются метания, то и в искусстве разброд и шатание. Вот как сейчас. У нас пока не все получается, как хочет Путин. Он очень много делает для государства. Ему же досталась разруха, и никакого уважения к стране не было. Но он все-таки это сделал, правда, еще не до конца.

- А вот пишут, что у его друзей роскошные дачи и квартиры за границей. Значит, он не только для страны что-то делает?

- Это все делают. Он что, особенный человек?

- Вы следите за событиями в стране?

- Обязательно. Каждое утро смотрю последние  новости.

- И как вам они?

- А мы про музыку говорим или политику?.. Политикой я не занимаюсь, и не люблю говорить на эту тему, потому что надо знать то, о чем говоришь. Когда начинаешь говорить о том, чего не знаешь, то выглядишь дураком.

- Если позволите,  закончу вопрос.  При советской власти деятели искусств были вынуждены поддерживать КПСС.  Сейчас  вроде  относительная свобода, но большинство ваших коллег так и льнет к правящей партии, и вообще к власти. Кажется, что они вообще ничего не знают о протестных движениях. С кем же сегодня, мастера культуры?

- Я не знаю, с кем мастера культуры.  Я как была с музыкой, так и осталась с ней. Человеку, который профессионально занимается своим делом, нет  времени ходить по митингам на Болотной, или участвовать в какой-то  партии. Человек, который занимается музыкой или искусством, должен заниматься  музыкой и искусством. Боженька все видит, и может наказать, если увидит, что человек расходует силы не на то, что они ему подарены Богом.

- Удивляет, какой большой конкурс сегодня в консерваторию. Наверное, только в молодости можно  быть и идеалистом и бескорыстно любить искусством. Вы предупреждаете молодых о том, какая это тяжелая работа, и что ждет их дальше?

- Я говорю им только о музыке, и приобщаю  к ней. Когда человек занимается музыкой, то ему некогда думать про гонорары, и про все остальное. Надо быть профессионалом, и тогда  ты будешь нужным людям, а когда бы будешь нужным, то все образуется. Раньше мы,  певцы, не думали о том, где будем петь. Мы просто несли людям то, что  получили в дар от Господа Бога.

- Вы считаете, что талант – только от Бога?

- Не считаю, а уверена. Талант – от Бога. Можно научиться технике пения, но таланту – нет. Музыка – это дар божий.

- Как вы определяете, талантлив человек или нет?

- Если он заставляет себя слушать, если он интересен, то он талантлив. Если он не может собрать залы, значит, бесталанный. Как раз к вашему вопросу про то,  можно ли заплатить за кого-то в  искусстве. Первый раз можно. Певец вышел и спел. Но второй раз публика не придет на него, если он неинтересен.  А интересен он только тогда, когда он передает то, чем его наградил Бог.

- У вас есть свой, культурный центр в Петербурге. Как и на что он существует?

- Ходим с протянутой ручонкой, просим помощи. Центр существует только благодаря спонсорам. Иногда нас обманывают – пообещают, а в  последнюю минуту могут не дать. Все это сплошные нервы.

- Центру помогают государственные структуры или частные лица?

- Конечно, частные. Государство нам дает небольшую субсидию для проведения конкурса. Но тоже, дают, пока не расшаркаешься перед ними. Конкурс, конечно, на эти деньги не проведешь, но хоть какая-то помощь.

- В прежнее время, кроме оценок авторитетного жюри на конкурсах, большую роль в музыкальной жизни играла и критика.  Ваши коллеги из драматических театров жалуются на продажность театральных критиков – дескать, те работают на определенные кланы. А как в музыкальной критике?

-   Очень многие пишут статьи по заказу. Это очень плохо. Бог их накажет обязательно. Есть одна дама, которая, я знаю, очень любит меня, но всегда пишет про меня какие-то гадости. «Почему ты опять написала гадость?» - спросила ее однажды.  «Иначе у меня не возьмут статью в редакцию», - ответила она.

Так что, я не читаю сейчас  музыкальную критику.  Мне она неинтересна.







Реклама


Похожие материалы:

Опрос

В каких изданиях вы предпочитаете читать интервью?

— деловых — бульварных — общественно-политических — специализированных


Выберите свой ответ, просто кликнув по подходящему варианту.
Всего ответов: 18609

Подробнее

Реклама